По данным переписей в Республике Татарстан проживают: в 1989 г. – 1,765 тысяч человек, в 2002 г. – 2,019 тысяч человек, в 2010 г. – 2, 012 тысяч человек татар.

Татары – второй по численности коренной народ в РФ. Общая численность татар в России в 2002 г. – 5669,9 тысяч человек, в 2010 г. – 5 310 тысяч человек.

История этнонима и локальные самоназвания татар

Семья Бикчантаевых. 1914

Слева направо: Гарайша, Нурдидэ, Давлетша, маленькая Хафазэ, Бибиэсмэ. Семейный архив Л.Давлетшиной

Впервые этноним «татар» появился у древнетюркских племен Центральной Азии (Алтай, Забайкалье, Монголия) в VI–VIII вв. в формах «отуз-татар» (буквально – «тридцать татар») и «токуз-татар» (буквально – «девять татар») (см. Кюль-Тегина стела).

В X–XII вв. в Центральной Азии существовал ряд татарских государственных образований, которые в начале XIII в. были присоединены к Монгольской империи. Термин «татар», обозначавший аристократию, стал социально престижным (Рашидаддин).

В XIII–XV вв. термин «татар» использовался как политоним военно-служилого сословия Улуса Джучи (Золотой Орды) с особой имперской культурой. С XIV в. большая часть татар стала мусульманами.

После распада Золотой Орды татарами продолжала называть себя знать тюрко-татарских государств (Астраханское ханство, Казанское ханство, Крымское ханство, Сибирское ханство, Касимовское ханство и др.), возникших на ее территории.

В период средневековья термин «татар» как экзоэтноним использовался на Руси, в странах Западной Европы и мусульманского Востока для обозначения всего населения Улуса Джучи.

В результате присоединения татарских ханств Волго-Уральского региона и Западной Сибири (XVI – нач. XVII вв.) к Русскому государству была разрушена их этнополитическая система, произошли территориальное разделение их единой культуры, деклассирование сословия военно-служилой знати и христианизация части населения. В конечном счете это способствовало внедрению термина «татар» в среду народных масс наряду с конфессионимом «мусульман».

Во второй половине XIX – начале XX в. в ходе буржуазных преобразований и подъема национального общественно-политического движения у татар Российской империи происходил процесс формирования нового, национального, типа этнического самосознания на основе этнонима «татар» и связанных с ним представлений и мифологем.

Понятие «татар» приобрело функции общего этнонима для ряда тюркоязычных этнотерриториальных групп Волго-Уральского региона и Западной Сибири. Постепенно утрачивались местные, локальные (земляческие, этносословные и др.) самоназвания: у поволжско-приуральских татар – меселман, казанлы, мишар (мещеряк), типтяр, кряшен, нагайбак, качим и др.; у астраханских – нугай, карагаш, юрт татарлары и др.; у сибирских – тубыллык, туралы, бараба, тэмэнлик, бухарлык и т. д.; у польско-литовских – меслим, липка (литва), липка татарлары.

В первой четверти XX в. этноним «татар» становится общим для значительной части тюркоязычного населения Волго-Уральского региона и Западной Сибири. По данным переписи 1926 г., большая часть тюркоязычных мусульман Поволжья, Приуралья (за исключением башкир) и Западной Сибири приняла название татар.

Казанские татары. 1862

Цветная литография по рисунку К.Гуна

Расселение

Основное ядро татарского народа – поволжско-приуральские татары – сформировалось на территории Поволжья и Приуралья. Постоянные миграции татар, особенно поволжско-приуральских, привели к увеличению мест компактного и дисперсного проживания татарского населения в России и мире.

Массовая миграция татар началась после завоевания Русским государством татарских ханств, что было связано с резким усилением нациоанльного, социального и религиозного гнёта. В XVIII в. из Поволжья в Приуралье переселилось около 220 тысяч человек (около одной трети поволжско-приуральских татар).

В конце XIX в. в Приуралье, главным образом в Икско-Бельском междуречье, проживало свыше 1 млн татар. Во второй половине XIX в. в связи с бурным развитием капиталистических отношений в России основной поток миграции татар из Волго-Уральского региона направлялся в промышленно развитые районы европейской части России (Подмосковье, Донбасс), Кавказа (Баку), Западной Сибири.

В XIX – начале XX вв. поволжско-приуральские татары стали заметной этносоставной частью татарского населения Астраханского края и Западной Сибири. В Нижнем Поволжье в начале XVIII в. их доля составляла 13,2%, в 1830 г. – 17,4%, в 1900 г. – свыше одной трети всего татар. населения, в конце XIX в. – 17% всех татар Западной Сибири.

Значительные изменения в расселении татар произошли в XX в.

В 1920–1930-е гг. большая часть татар проживала в Российской Советской Федеративной Социалистической Республике (РСФСР) (в 1926 г. – 95,4%, в 1937 г. – 95,2%). Наиболее крупные татарские диаспоры к этому времени сложилась на территории Казахстана и Средней Азии (в 1926 г. – 118,7 тысяч, в 1939 г. – 129 тысяч человек). Кроме того, большие группы татар проживали на Украине (Донбасс) и в Азербайджане (Баку).

К 1959 г. резко возросла численность татар вне пределов РСФСР, особенно в Казахстане и Средней Азии (в 1959 г. – 780 тысяч человек, включая насильственно депортированных в 1944 г. крымских татар). На рост численности татарского населения в этом регионе повлияло также освоение целинных земель Казахстана.

К 1989 г. в республиках Средней Азии сформировалась самая крупная в СССР татарская диаспора (1179,5 тысяч человек).

В 1970–1980-е гг. усилилась миграция татар в Западную Сибирь и на Дальний Восток, особенно в нефте- и газодобывающие районы (к примеру, произошло троекратное увеличение численности татарского населения в Тюменской области). См. также Миграция татар.

По данным переписи 2010 г. татары компактно проживают в Волго-Уральском регионе и Западной Сибири, дисперсно – почти во всех областях РФ.

Регион

Численность татар

%

Астраханская область

60 523

5,99

Башкортостан

1 009 295

24,78

Волгоградская область

24 557

0,94

Иркутская область

22 882

0,94

Кемеровская область

40 229

1,46

Кировская область

36 457

2,72

Краснодарский край

24 840

0,48

Красноярский край

34 828

1,23

Марий Эл

38 357

5,51

Мордовия

43 392

5,2

Москва

149 043

1,3

Московская область

56 202

0,79

Нижегородская область

44 103

1,33

Новосибирская область

24 158

0,91

Омская область

41 870

2,12

Оренбургская область

151 492

7,45

Пензенская область

86 431

6,24

Пермский край

115 544

4,38

Самарская область

126 124

3,92

Санкт-Петербург

30 857

0,63

Саратовская область

52 884

2,1

Свердловская область

143 803

3,35

Татарстан

2 012 571

53,15

Тюменская область

239 995

7,07

Удмуртия

98 831

6,5

Ульяновская область

149 873

11,59

Ханты-Мансийский автономный округ

108 899

7,1

Челябинская область

180 913

5,2

Чувашия

34 214

2,73

Ямало-Ненецкий автономный округ

28 509

5,45

Татары проживают также в странах ближнего (в Узбекистане –477 875 (2010), Казахстане – 204 229 (2010), Украине – 73 304 (2002), Азербайджане – 25 900 (2009), Белоруссии – 7 316 (2009), Прибалтике – 7 923 (2010), Молдавии – 2 800 человек) и дальнего зарубежья (в Румынии – до 35 000 добруджских татар (2002), в Турции – около 28 000 (2009), в Китае – 7 900 (2009), в Польше – около 5 500 (2002), в Болгарии – 5 000 (2002), в США – 11 000 (2009), Финляндии и ФРГ – примерно по 1 тысяче, в Австралии – 500, в Канаде – 2 300 (2009), в Венгрии – 200 (2002), в Дании – 150 (2002), в Чехии – 150 (2002), в Швеции – 80 (2002), в Японии – 600 человек (2000).

См. также Переписи населения.

Урбанизация

Соловей мой

Татарская народная песня. Обработка для хора Р.Губайдуллина. Государственный ансамбль песни и танца Республики Татарстан

В настоящее время татары являются одним из самых урбанизированных народов РФ. Начало урбанизации татар относится к периодам Волжской Булгарии и Золотой Орды, в которых существовала довольно развитая сеть городских поселений.

Во второй половине XVI – начале XVII в., после присоединения татарских ханств к Русскому государству, городская прослойка среди татар резко сократилась.

В результате социально-экономических преобразований XVIII–XIX вв., особенно после 1860-х гг., урбанизация татарского населения усилилась. В конце XIX в. из 240 тысяч татар, проживавших в городах России (8,8% от общей численности всех татар), около 160 тысяч (свыше 60%) были поволжско-приуральскими.

В начале XX в. урбанизованность поволжско-приуральских татар составляла 5%, большинство из них проживало в крупных городах Поволжья и Приуралья (Казань, Уфа, Оренбург, Самара, Симбирск, Саратов, Нижний Новгород, Кострома, Пенза, Екатеринбург, Пермь, Челябинск, Троицк, Астрахань и др.).

В Западной Сибири урбанизация шла медленными темпами, причем в конце XIX в. свыше 70% городских татар составляли переселенцы из Поволжья и Приуралья.

Подавляющее большинство астраханских татар проживало в городах.

Особенно высоким был процент урбанизованности у польско-литовских татар, в 1830-е гг. свыше 40% из них были жителями городов Минск, Новогрудок, Слоним, Гродно, Ковно (Каунас), Варшава и др.

В 1930–1980-е гг. в связи с бурным развитием промышленности и ростом городов более половины татар в СССР стали горожанами (по данным переписи населения 1979 г., в городах проживало 63%, переписи 1989 г. – 69% всех татар).

Сибирские татарки. 1862

Цветная литография по рисунку К.Гуна с оригинала Кошарева

Основные этнотерриториальные группы

Этнотерриториальные группы татар:

Самыми многочисленными являются поволжско-приуральские татары, включающие казанских татар, касимовских татар, мишарей, субконфессиональные общности крещёных татар и нагайбаков.

В свою очередь, казанских татар подразделяют на ряд этнографических групп:

Касимовских татар подразделяют на белый аймак, черный аймак, черные зипуны, бастанскую (см. Сасовские татары); мишарей – на северную, южную, лямбирскую, приуральскую.

Среди сибирских татар выделяют этнографические группы тобольских (тубыллык), тюменских (туралы), барабинских (бараба), томских (чат, эушта, калмак) татар и этносословную бухарскую группу (бухарлык, сарт; бухарцы сибирские).

Астраханских татар делят на юртовских, кундровских татар и карагашей ногайского происхождения (в прошлом выделялись также группы «трех дворов» и «емешные»).

Самостоятельной этнической группой являются польско-литовские татары, сформировавшиеся как этносословная общность военно-служилых татар, переселявшихся в XIV–XVII вв. из Золотой Орды и татарских ханств в Великое княжество Литовское.

Некоторые современные народы и этнические группы, связанные в XIII–XV вв. с татарами общим происхождением, в процессе исторической эволюции сформировались как самостоятельные этносы (крымские татары, ногайцы, башкиры, карачаевцы, балкарцы, кумыки и др.).

Казанские татары. Начало XX в

Антропология

По антропологической типологии татар относят (Г.Ф.Дебец, Н.Н.Чебоксаров, В.П.Алексеев) в основном к уральской (урало-лапоноидной) группе, являющейся переходной между европеоидной и монголоидной расами.

Сложное сочетание различных антропологических элементов у татар указывает на то, что этнически они сформировались путем смешения (метисации) главным образом европеоидного населения с монголоидными компонентами (см. Антропология).

Крещеные татары. Конец XIX в

Язык

Татарский язык формировался в течение многих столетий, относится к булгаро-кыпчакской группе тюркских языков.

Татарский язык включает 3 диалекта: западный (мишарский диалект), средний (казанско-татарский) и восточный диалект (сибирско-татарский). Внутри них выделяют ряд говоров:

в западном – группы цокающих (сергачский, дрожжановский, байкибашевский) и чокающих говоров (темниковский, лямбирский, кузнецкий, хвалынский, карсунский, мелекесский, волгоградский, куртинский, чистопольско-кряшенский, подберезенско-кряшенский, стерлитамакский, шарлыкский и смешанный чистопольский);

в среднем – балтачевский, мамадышский, лаишевский, параньгинский, нурлатский, камско-устьинский, тарханский, мензелинский, бирский, златоустовский, тепекеевский, ичкинский, а также реликтовые говоры: пермский, нукратский, касимовский и крещенотатарские;

в восточном – тоболо-иртышская группа говоров (тюменский, тобольский, тарский, заболотный, тевризский, а также барабинский диалект) и группа томских говоров (калмакский и эуштинско-чатский).

Язык астраханских татар близок как к западному, так и к среднему диалектам, но имеет определенную специфику, обусловленную влиянием языка ногайцев, возможно, и крымских татар.

Польско-литовские татары, утратив в XVI–XVII вв. родной язык (был близок к языку золотоордынских татар), перешли на белорусский, частично – на польский и русский языки.

Татарский язык, формировавшийся вместе с современным татарским этносом, имеет ряд особенностей (лексика, фонетика, синтаксис и т. д.), которые объединяют между собой диалекты поволжско-приуральских и сибирских татар и отличают их от других тюркских языков.

Татарский язык активно взаимодействовал с языками соседних народов: тюркских (ногайским, чувашским, башкирским и др.), финно-угорскими (мордва, марийским, удмуртским и др.), славянским (русским).

В период формирования и развития татар их язык испытал значительное влияние со стороны арабского и персидского языков (терминология в области религии, философии, образования и культуры), являвшихся в период Золотой Орды литературными языками этого государства наряду с поволжским тюркu (см. Старотатарский литературный язык).

Современный татарский литературный язык сформировался на рубеже XIX–XX вв. на основе народно-разговорного говора казанских татар при заметном участии мишарского диалекта. Он испытал определенные этнокультурное влияние различных народов, в том числе русского, ногайского, чувашского, башкирского, мордовского, марийского и удмуртского.

Письменность

Прекрасное облако

Татарская народная песня. Обработка для хора Н.Гараева. Государственный ансамбль песни и танца Республики Татарстан

Истоки татарской письменной традиции восходят к древнетюркским руническим памятникам VII–XI вв., основу которых составляет орхоно-енисейское письмо, использовавшееся в Волжской Булгарии.

С принятием ислама в 922 г. в официальном делопроизводстве булгар заметную роль начало играть арабское письмо.

Самый ранний из сохранившихся памятников булгарской литературы – поэма «Кысса-и Йусуф» («Сказание о Йусуфе», 1233 г.) Кул Гали.

В период Золотой Орды при составлении официальных документов первоначально применялось уйгурское письмо, с началом XIV в. – арабское.

На основе булгарского языка и общегородского койне тюркского языка золотоордынского населения огузо-кыпчакского типа сформировался новый литературный язык – поволжский тюрки, на котором созданы такие произведения старотатарской литературы, как «Китабе Гулистан бит-тюрки» Саифа Сараи, «Мухаббатнаме» Хорезми, «Хосров-и Ширин» Кутба, «Нахдж фарадис» Махмуда Булгари.

Вплоть до первой трети XX в. татары использовали арабскую графику. В 1928–1929 гг. арабографический алфавит татар был заменен латиницей, в 1939–1940 гг. – русским письмом, созданной на основе русифицированной кириллицы (см. Алфавит).

В 2000 г. Государственный совет Республики Татарстан принял закон о переходе на латинскую графику, но практическая реализация его была остановлена из-за поправки к Федеральному закону «О языках народов РФ» (2002) о недопустимости на территории РФ использования в государственных языках народов России некириллических алфавитов.

Вероисповедание

Верующие татары – в большинстве мусульмане-сунниты ханафитского масхаба (см. Ислам).

Современными религиозными центрами татар-мусульман являются муфтиаты (в Москве, Казани, Уфе, Саратове, Астрахани, Тюмени и др. городах), руководители которых объединены в Совет муфтиев России и в Центральное Духовное управление мусульман России и европейских стран СНГ.

В Российской Федерации насчитывается около 2,6 тысяч татаро-мусульманских приходов (махаллей). В России проживают также небольшие по численности (около 35 тысяч человек в 2002 г.) субконфессиональные группы татар (крещеные татары, нагайбаки), предки которых в XVI–XVIII вв. подверглись христианизации (см. Миссионерство православное).

Этногенез

Булгаро-татарская теория

Теория основывается на положении о том, что этнической основой татар явилась булгарская общность, сложившаяся в Среднем Поволжье и Приуралье в VIII в. (по другим версиям, в VIII–VII вв. до нашей эры и ранее).

Согласно этой концепции основные этнокультурные традиции и этнические особенности современного татарского (булгаро-татарского) народа сформировались в Волжской Булгарии (X–XIII вв.). В периоды Золотой Орды, татарских ханств, Российского государства (XVI–XIX вв.) они претерпели лишь небольшие изменения.

Булгарские княжества (эмираты), находясь в составе Золотой Орды, пользовались значительной политической и культурной автономией. Влияние ордынской этнополитической системы власти, а также культуры (в частности, литературы, искусства и архитектуры) носило характер чисто внешнего воздействия на булгарское общество и не было особенно заметным.

Важнейшим следствием монгольских завоеваний XIII в. стало раздробление Булгарии на ряд эмиратов и султанатов, а также распад единой булгарской народности на 2 этнотерриториальные группы (булгаро-буртасы Улуса Мухша и булгары эмиратов Волго-Камья).

Как полагают сторонники булгаро-татарской теории, в период Казанского ханства булгарский этнос упрочил ранние домонгольские этнокультурные особенности и этнически сохранялся (включая и самоназвание «булгары») вплоть до 1920-х гг., когда татарскими буржуазными националистами и советской властью был навязан этноним «татар». По их мнению, все остальные группы татар (сибирские, астраханские и польско-литовские) сложились на самостоятельной этнокультурной основе, являются фактически отдельными этносами и к этнической истории булгаро-татар Волго-Уральского региона не имеют прямого отношения.

Концепция в основных чертах была разработана в конце XIX – начале ХХ в. (труды Х.-Г.Габяши, Г.Ахмарова, Р.Фахретдина и др.).

В 1920-е гг., с появлением теории стадиальности развития языка и автохтонного происхождения народов (учение Марра о языке), булгаро-татарская теория получила дальнейшее развитие в работах ученых советского периода (Н.Н.Фирсова, М.Г.Худякова и др.).

В 1920–1930-е гг., по мере внедрения «ленинско-сталинской» идеологии в советскую историческую и лингвистическую науку, булгаро-татарская концепция стала определяющей в отечественной историографии (труды А.П.Смирнова, Х.Г.Гимади, Н.И.Воробьёва, Н.Ф.Калинина, Л.Заляя и др.).

После принятия постановления Центрального комитета Всесоюзной коммунистической партии (большевиков) «О состоянии и мерах улучшения массово-политической и идеологической работы в Татарской партийной организации» от 9 августа 1944 г. и проведения Научной сессии АН СССР 25–26 апреля 1946 г. по вопросу о происхождении казанских татар эта концепция, получившая официальную поддержку властей, стала играть первостепенную роль в татарской и советской историографии.

Важнейшим этапом этногенеза татарского народа признавался булгарский период, утвердилась точка зрения о культурно-эволюционной преемственности булгар и татар.

Вплоть до конца 1980-х гг. булгаро-татарская концепция активно разрабатывалась историками, археологами и языковедами Г.В.Юсуповым, А.Х.Халиковым, М.З.Закиевым, А.Г.Каримуллиным, С.Х.Валеевым, Н.А.Томиловым и др.

Монголо-татарская теория

Теория основывается на гипотезе о переселении в Европу кочевых тюрко-татарских и монгольских (центрально-азиатских) этнических групп (по одним предположениям, в домонгольское, по другим – в золотоордынское время). Эти группы, смешавшись с кипчаками и приняв в период Золотой Орды ислам, создали основу современной татарской культуры.

Сторонники монголо-татарской теории отрицают либо преуменьшают роль Волжской Булгарии и ее культуры в истории и культуре казанских татар, утверждая, что она была слаборазвитым государством с относительно мусульманизированным (полуязыческим) населением. Они считают, что в период Золотой Орды большая часть булгарского этноса подверглась этнокультурной ассимиляции со стороны пришлого мусульманизированного кипчакского населения с высокой городской культурой, а другая часть (в основном булгары-язычники) переселилась на окраины Булгарии и в последующем стала основой чувашского этноса (см. Чуваши).

Некоторыми авторами выдвигается мысль о «татаризации» населения степей Восточной Европы и Заволжья, в том числе Волжской Булгарии, еще в домонгольское время.

Концепция возникла в начале XX в. в работах российских ученых (Н.И.Ашмарина, В.Ф.Смолина и др.), некоторые ее аспекты получили дальнейшее развитие в трудах татарских историков-эмигрантов (А.-З.Валиди, Р.Рахмати и др.).

С 1960-х гг. теорию монголо-татарского происхождения татарского народа начали активно развивать чувашские (В.Ф.Каховский, В.Д.Димитриев, Н.И.Егоров, М.Р.Федотов и др.), башкирские (Н.А.Мажитов и др.) и татарские (Р.Г.Фахрутдинов, М.И.Ахметзянов и др.) ученые.

Тюрко-татарская теория

Теория указывает на более широкий, чем Урало-Поволжье, этнокультурный ареал расселения татарской нации и основывается на новой этнологической теории (конструктивизм, структурализм, новая социальная история).

Сторонники тюрко-татарской теории подчеркивают тюрко-татарские истоки современных татар, отмечая при этом важную роль в их этногенезе Волжской Булгарии и кипчакско-кимакских этнических групп степей Евразии.

В качестве ключевого момента этнической истории татарского этноса рассматривается период Золотой Орды, когда на основе монголо-татарских и местных булгарских и кипчакских традиций получили дальнейшее развитие государственность, культура, литературный язык, сложились новые исторические традиции и этнополитическое самосознание в форме этнонима «татар».

В период татарских ханств, возникших после распада Золотой Орды, произошло формирование отдельных этнотерриториальных групп (астраханских, казанских, крымских, сибирских и др. групп татар). Большую роль в этот период, особенно после завоевания татарских ханств, стало играть религиозное (мусульманское) самосознание.

Во второй половине XIX в., в процессе активного проникновения буржуазных социально-экономических отношений в татарское общество, подъема национальной культуры и усиления культурно-интеграционных связей между различными территориальными группами татарского этноса, были актуализированы представления о культурно-историческом единстве татарского этноса и воссоздана историческая традиция в форме татарской идеологии (Ш.Марджани, И.Гаспринский, X.Атласов и др.). Произошли формирование современной «этнополитической» нации татар и утверждение общего самоназвания «татар».

В начале XX в. эту теорию развивал Г.Губайдуллин.

В ходе репрессий 1930-х гг. ее сторонники были физически устранены. В какой-то степени эту линию пытался продолжить писатель Н.Исанбет.

В 1940–1990-е гг. концепция активно разрабатывалась в трудах зарубежных татарских историков (Г.Баттала, А.Н.Курата, Б.Ишболдина, А.-А.Рорлих, Н.Давлета, Ю.Шамильоглу) и иностранных татароведов (А.Каппелера, А.Дж.Франка, М.Кемпера).

В СССР в 1960–1980-е гг. некоторые аспекты этой теории развивали татарские историки М.Г.Сафаргалиев, Ш.Ф.Мухамедьяров, Х.Х.Хасанов, М.А.Усманов, Р.У.Амирханов, этнолог Р.Г.Кузеев и филологи Э.Н.Наджип, Н.А.Баскаков, Ф.С.Фасеев.

В 1990–2000-е гг. концепция нашла дальнейшее развитие в трудах А.Г.Мухамадиева, И.Р.Тагирова, Д.М.Исхакова, И.Л.Измайлова, Ф.А.Рашитова и др.

Сторонники тюрко-татарской теории напрямую связывают этногенез татар с тюрко-татарскими (древними тюрко-татарами, булгарами, хазарами, кипчаками, кимаками, огузами и др.) и финно-угорскими этническими группами Поволжско-Приуральского и Западносибирского регионов. По мнению многих из них, основу этнокультурных процессов, приведших к формированию современной татарской нации, составляли общественно-политические и религиозные-культурные факторы, преломлявшиеся в самосознании народа в форме историко-генетического и культурно-языкового единства (общие мифологические предки, религиозные представления, историческая судьба и т. д.), что находило концентрированное выражение в этнониме «татар».

Традиции государственности

Традиции государственности у татар имеют более чем тысячелетнюю историю.

Первые известия об этнополитических объединениях татар в Восточном Туркестане и Монголии относятся к VI–VIII вв. В Восточной Европе, начиная с VII в., последовательно возникали тюрко-булгарские государства (Великая Болгария, Хазарский каганат, Волжская Булгария).

В 1208 г. в составе Великого Монгольского государства (Еке Монгол Улус) Чингизхана начинает развиваться Улус Джучи, включивший в 1227–1243 гг. в свой состав кипчакское, булгарское, русское и ряд других государств и этнополитических объединений. Улус Джучи в основных чертах продолжал тюрко-монгольские традиции государственного устройства, а со второй половины XIII в. стал приобретать черты исламского тюркского государства со своей письменностью, городской культурой, государственным устройством и единой этнополитической системой (тюрко-монгольская система племен, правящие аристократические кланы, военно-служилая аристократия, курултаи), правящей династией (Джучиды) и т. д.

После распада Золотой Орды на ее территории возникли новые тюрко-татарские государства, продолжавшие ее традиции: Казанское, Тюменское (Сибирское), Крымское, Астраханское и Касимовское ханства, Большая Орда, Ногайская Орда и др.

В период XVI–XVIII вв. все татарские ханства были завоеваны Русским гос-вом, но старые государственные традиции служили одним из важных стимулов к сохранению единства народа.

В начале XX в. у татар усилилась борьба за восстановление своей государственности, сначала в форме национально-культурной автономии. В 1918 г. Миллэт Меджлиси приняло решение о создании Урало-Волжского Штата. Попытка его осуществления 1 марта 1918 г. (см. «3абулачная республика») была пресечена советским правительством. В 1918 г. Наркомат по делам национальностей РСФСР обнародовал положение о Татаро-Башкирской Советской Социалистической Республике (осталось нереализованным).

В 1920 г. в составе РСФСР была образована Татарская АССР.

Декларацией Верховного совета республики 30 августа 1990 г. ТАССР была преобразована в Республику Татарстан, после мартовского референдума 1992 г. объявлена суверенным государством, субъектом международного права, связанным с Российской Федерацией конституциями обеих республик и договорными отношениями о разграничении полномочий между РФ и РТ (1994, 2007).

Летом 2017 г. истек срок действия договора о разграничении полномочий между федеральным центром и Татарстаном, который подписали Президент РФ Владимир Путин и первый президент Татарстана Минтимер Шаймиев 26 июня 2007 года. «…В нынешних условиях ведущим фактором является не столько сама форма отношений республики и федерального центра, сколько их содержание, возможность находить взаимоприемлемые решения возникающих вопросов в общих интересах», – высказался президент Республики Татарстан Рустам Минниханов в своем послании Государственному Совету РТ от 22 сентября 2017 г.

Этнополитическая история

Древность

Предки современных. татар, как и других тюркских народов, связаны своим происхождением с прототюркским населением Центральной Азии (Алтай, Забайкалье, Монголия), где они входили в различные этнополит. объединения.

В VI – начале XIII вв. древне-татарские этнические группы создали в Центральной Азии ряд племенных объединений и государств. Этнополитическая общность «отуз-татар» сформировалась в степях Монголии; в VIII в. в результате военно-политического давления китайцев и тюрок она распалась на несколько племенных объединений. Наиболее известным и сильным из них было объединение «токуз-татар».

О языке и культуре древне-татарских племен (VI–VIII вв.) нет достаточно достоверных сведений; некоторые языковеды считают их тюркским народом (французский востоковед П.Пеллио), другие (М.Ц.Мункуев, Ж. Жэлэ) – монгольским.

Племенное объединение «токуз-татар» в военно-политических событиях Центральной Азии часто становилось союзником киргизов, выступая на их стороне против Тюркского каганата (война 723–724). После распада этого каганата древне-татарские племена создали свое этнополитическое объединение в Восточном Туркестане, которое в союзе с огузами вело войну против Уйгурского каганата.

В результате поражения от уйгуров часть древне-татарских племен оказалась в составе Уйгурского каганата, отдельные группы переселились в Южную Сибирь, где вместе с кимако-кипчакскими племенами образовали Кимакский каганат. Как отмечается в труде «Зайн аль-ахбар» («Украшение известий», XI в.) Гардизи, правитель этого каганата, согласно кимакской традиции, принадлежал племени татар.

В 842 Уйгурский каганат был разгромлен киргизами, земли древне-татарских племен включены в их владения (об этом свидетельствует надпись в долине реки Тес).

После изгнания киргизов во второй половине XI в. древне-татарские племена вошли в состав уйгурских княжеств (Ганьчжоуского, Турфанского и др.), позднее создали свои полунезависимые княжества на границе Восточного Туркестана и китайской провинции Ганьсу.

В Восточном Туркестане между гос-вами Караханидов и Тангутов (Си Ся) образовалось несколько княжеств западных древне-татарских племен. Они вели активную внешнюю политику в Центральной Азии (посольства в Китай в 958, 996, 1039, 1084 гг., в Среднюю Азию в 965, 981 гг. и др.), боролись за контроль над Великим шелковым путем, заключали военно-политические союзы с Ганьчжоуским и Турфанским княжествами. Правители этих татарских княжеств носили титул «апа-текин» («тегин»).

В XI–XII вв. древне-татарские этнополитические племенные объединения занимали значительную территорию Южной и Восточной Монголии, Северного Китая, Восточного Туркестана.

В начале XIII в. эти объединения находились в составе Монгольской империи (по данным китайских источников, значительная часть древне-татарских племен была уничтожена Чингизханом, оставшиеся участвовали в его завоевательных походах).

Вся территория, заселенная дрвне-татарскими народностями, в мусульманской историографии стран Востока получила название «Дешт-и татар» («Татарская степь»), а термин «татар» закрепился за частью населения степей Центральной Азии.

В словаре «Дивану лугат ат-тюрк» («Собрание тюркских наречий»), составленном в 1072–1074 г. Махмудом Кашгари, язык древне-татарских племен Восточного Туркестана зафиксирован как тюркский.

Предположительно, основная их часть исповедовала буддизм, другие – манихейство и ислам.

Средние века

В Волго-Уральском регионе этнический субстрат татар составляли полукочевые тюркские и угорские (венгры, маджары и др.) племена, которые в VII–IX вв. активно взаимодействовали с народами тюркских государств Центральной Азии, Южной Сибири и Северного Кавказа (Тюркский каганат, Великая Болгария, Хазарский каганат, Кимакский каганат и др.).

В результате тесных межэтнических взаимоотношений в этнический субстрат татар проникали развитые в социальном отношении булгарские племена: булгары, барсилы, баранджары, савиры и др.

В конце IX – начале X в. в процессе образования государства наиболее сильной оказалась этнополитическая общность булгар, создавших в Среднем Поволжье в 910–970-е гг. Болгарское и Суварское княжества (эмираты). Предположительно, в 980 г. на базе этих эмиратов и других земель образовалось государство Волжская Булгария.

По мере укрепления Булгарского государства и расширения его территории булгары активно ассимилировали отдельные группы огузо-печенежских (огузов, печенегов) и кипчакских племён (см. Кипчаки), а также другие соседние этнические группы (буртасов, маджар и др.).

Огромное значение в консолидации булгарского этноса сыграло принятие в 922 г. ислама в качестве государственной религии. Это способствовало становлению нормативного литературного языка, этнической историографии («История Булгарии» Якуба ибн Нугмана и др.) и, в конечном итоге, формированию единой надэтничной культуры и этнополитического самосознания булгар, расширению политических, экономических и культурных связей с внешним мусульманским миром, прежде всего со странами Востока.

В X–XIII вв. в степях Евразии сложились древне-татарские, кипчако-кимакские, булгарские и другие тюркские государственные образования. Внутри них происходила консолидация тюркских племен, усиливалось влияние мусульманского сознания.

В 1220–1240-е гг. все государства и племена Северной Евразии были завоеваны монгольскими ханами и вошли в состав Улуса Джучи. Оседлые государства (русские княжества, расчлененное на эмираты Булгарское государство, Хорезм) стали вассальными владениями. Причем бывшая территория Волжской Булгарии превратились в часть ханского домена, а племенные союзы кимако-кыпчаков оказались раздроблены, их племенная знать частью была истреблена, частью влилась в состав джучидской аристократии, само население Дешт-и Кипчака (степей Евразии) было включено в военно-административную и клановую систему Улуса Джучи.

Характерно, что в середине XIII в. стали исчезать домонгольские племенные названия и начала происходить их замена на тюрко-монгольские (кыйат, найман, кунграт, кереит, катай, мангыт, буркут, джалаир, уйшун и др.), повторяющиеся в различных сочетаниях у ряда территориальных групп средневековых татар. Появились также 4 правящих рода (Ширин, Барын, Аргын, Кыпчак). Влияние этих татарских (тюрко-монгольских) кланов оказалось наиболее сильным в Нижнем Поволжье, Приуралье и Западной Сибири, где они включили в свою структуру и в основном ассимилировали угорские и кипчакско-кимакские роды.

Именно с этого времени в среде различных групп татар (в том числе астраханских, сибирских, крымских) и ногайцев ведущее положение заняли татарские (тюрко-монгольские) кланы: табын, катай, таз, найман, кунграт/курдак, кереит, карагай, елан, токуз и др. Тюркизированные угорские группы, включенные в их состав, получили название иштэк/уштэк/остяк, а другие названия угорского происхождения – бывшие племенные этнонимы Приуралья (истяк, бикатин, юрма, гайна, уват, супра и др.) – сохранились в основном лишь в топонимике.

Одновременно в рамках единого государства происходило становление особой тюрко-татарской этнической идентичности. Важным элементом интеграции золотоордынского населения было распространение в Улусе Джучи ислама, ставшего с начала XIV в., в период правления хана Узбека (1312–1341), государственной религией, а также создание нормативного литературного языка (поволжский тюрки), развитие письменности и литературы.

Стержнем этих культурно-исторических процессов стало формирование среди военно-служилой знати имперской надэтничной культуры, включавшей мифологемы и символы джучидской традиции, отчасти мусульманского мировосприятия. Все это привело к социокультурной консолидации золотоордынской аристократии и к появлению в XIV в. новой этносоциальной общности «татар», которая состояла главным образом из мусульманской знати, входившей в кланово-племенную улусную систему Улуса Джучи.

Аристократия получала во владение земли и улусы в Волго-Уральском регионе, знать местных народов становилась ее составной частью. Об этом же свидетельствуют языковые, топонимические и другие материалы, в частности, появление в среде поволжско-приуральских татар названий родовых кланов (иногда в топонимике, родословиях знати и т. д.), таких как кунграт, буркут, минг, токуз, токсоба, кереит, катай, табын, кипчак, алат, бадрак.

Сельское и, частично, городское податное население (кара халык) использовало для самоназвания тахаллусы, образованные чаще всего от топонимов (аль-Булгари, ас-Сараи, Мюн-Бюляр и др.).

После распада Золотой Орды в середине XV в. в составе позднезолотоордынских политических образований началось формирование новых этнополитических общностей, имевших свои локальные самоназвания, а термин «татар» становится общим обозначением и самоназванием для сословия их военно-служилой знати, объединенной в клановую систему и маркированной соционимом «служилые татары».

Окончательное оформление этих этнотерриториальных групп произошло в XV–XVI вв. в рамках возникших на основе Золотой Орды тюрко-татарских. государств (Большая Орда, Ногайская Орда, Сибирское, Казанское, Крымское, Астраханское и Касимовское ханства), иногда за их пределами (в Великом княжестве Литовском, в Буджакской степи Османской империи). Однако общие государственные и этнокультурные традиции по-прежнему оставались одной из важных причин сохранения идеи единства народа.

Вторая половина XVI – XIX века

После присоединения во второй половине XVI в. Казанского, Астраханского и Сибирского ханств к Русскому государству усилились процессы миграции и взаимодействия между различными этнотерриториальными группами татар.

В Волго-Уральском регионе и Сибири в результате переселения значительной групп служилых татар, состоявших в основном из мишарей и казанских татар, происходило языковое и культурное сближение различных этнических групп татарского населения. Наиболее интенсивный характер этот процесс приобрел в Волго-Уральском регионе, в котором к концу XVII в. сложилась группа поволжско-приуральских татар.

Быстрому формированию этой группы способствовали общие исторические, религиозные, языковые и культурно-бытовые традиции, возникшие в периоды Золотой Орды и татарских ханств, а также объективная необходимость противостояния политике христианизации, русификации и другим формам национального гнета.

Одной из особенностей этнокультурного развития различных групп татар, условием и следствием их сближения стало осознание принадлежности к единой вере, утверждение общего конфессионима «мусульмане».

Конец XIX –  начало XX века

Бурное развитие буржуазных отношений в России во второй половине XIX – начале XX в. привело к активизации татар в общественно-политической и культурно-просветительской жизни российского общества. В этот период в ходе буржуазных преобразований постепенно происходило формирование нового, национального типа этнического самосознания на основе этнонима «татар», а также усилилась консолидация различных европейских и сибирских субэтнических и этнографических групп татар.

Основным условием для становления татарской буржуазной нации стала идеология реформации патриархальных основ татарского общества (см. Джадидизм), приведшая к появлению общетатарской периодической печати, новометодной системы татарского конфессионального образования, современного литературного языка, светской литературы.

Одним из свидетельств завершения процесса консолидации татарской нации к началу XX в. стало усвоение всеми основными этнотерриториальными группами тюрко-татар единого татарского самосознания и утверждение этнонима «татар».

По данным переписи населения СССР 1926 г., 88% татарского населения европейской части страны записали себя татарами и лишь небольшая его часть в качестве этнонима использовала отдельные локальные наименования: волжско-приуральские татары – мишар, кряшен (часть из них – нагайбак), тептяр; астраханские – нугай, карагаш; сибирские – бухарлык, тэмэнлик, бараба, тубыллык. Это свидетельствовало о сохранении отдельных форм патриархальных и этнотерриториальных традиций среди части татар

Одновременно с этим происходило формирование новой татарской идеологии. Основные ее положения сформулировал Ш.Марджани. Ключевым элементом в процессе становления татарского этноса, по его мнению, стали золотоордынские традиции, сохранившиеся в татарских ханствах.

Идеи Марджани были развиты в работах И.Гаспринского, Р.Фахретдина, X.Атласова, Г.Ибрагимова, Г.Исхаки и др. Эта идеология получила широкое распространение в среде мусульманского тюрко-татарского населения России.

В местах компактного проживания татар повсеместно учреждались различные мусульманские благотворительные организации, главной целью которых было развитие единого этнокультурного и этнополитического самосознания.

Высшей формой реализации общетатарской идеологии стали создание в 1906 г. политической партии «Иттифак аль-муслимин» и постоянное присутствие ее лидеров в Государственной думе России всех созывов (С.Алкин, А.Ахтямов, Ибн. Ахтямов, С.Максудов и др.). В программе этой партии выдвигались главные требования татарского населения: предоставление широкой национально-культурной автономии, в том числе в образовательной и религиозной областях.

В период Революции 1905–1907 гг. получила развитие идея «татарской государственности», первоначально в форме национально-культурной автономии, прототипами которой служили местные бюро «Иттифака аль-муслимин».

ХХ век

После свержения царя и прихода к власти Временного правительства (1917) татарское политическое движение последовательно добивалось создания широкой национально-культурной автономии татар.

В 1918 г. Национальным собранием мусульман Внутренней России и Сибири (Миллэт Меджлиси) было принято решение об образовании Урало-Волжского Штата. Однако попытка татарских национально-демократических сил реализовать его 1 марта 1918 г. была пресечена советским правительством (см. «Забулачная республика»).

В 1918 г. Народным комиссариатом по делам национальностей РСФСР в качестве альтернативы Урало-Волжскому Штату под давлением национал-большевиков (М.Вахитова, М.Султан-Галиева, Г.Ибрагимова и др.) был предложен проект создания Татаро-Башкирской Советской Республики (остался нереализованным).

В 1920 г. в составе РСФСР была образована Татарская АССР, этот процесс был связан с широкой поддержкой татарского движения населением и его готовностью политическими методами защищать свои национальные интересы.

В состав автономной республики было включено чуть более половины татарского населения Советской России (1 459,6 тысяч из 3,3 млн человек). В результате произвольного установления границ ТАССР и искусственного расчленения татарского народа в ее состав не вошли даже те уезды с компактным проживанием татар, территории которых непосредственно примыкали к вновь образованной республике: Белебейский уезд с населением 671 тысяч человек (62% татар и 4,5% башкир) и Бирский уезд – 626 тысяч человек (55% татар и 4,4% башкир).

В Татарской республике лишь около 50% населения составляли татары.

С созданием ТАССР значительная часть татар получила возможность развивать национальную систему образования и культуры на родном языке. Впервые после падения Казанского ханства в 1552 г. татарский язык, наряду с русским, стал государственным.

В республике был создан Академический центр для организации научных исследований в области гуманитарных наук. Быстрому развитию национальной культуры и массовому образованию населения способствовали политика коренизации государственного аппарата и широкое введение в делопроизводство татарского языка. В республике проводились работы по подготовке национальных кадров и замещению ими должностей в государственных, партийных, профсоюзных, судебных и других органах власти, по реализации программы внедрения татарского языка в органах государственного и общественного управления, учреждениях культурно-массовой работы.

В 1920–1930-е гг. шел активный процесс формирования нового поколения татарской интеллигенции, создавались новые отрасли национальной культуры (изобразительное искусство, опера, балет и др.), гуманитарной науки, проводилась также политика по укреплению позиции татарского языка в ТАССР и в других регионах страны.

В 1926–1929 гг. был осуществлен перевод татарского алфавита на латинскую графику.

По данным переписи 1939 г. грамотность татарского населения СССР оказалась достаточно высокой: в возрастной группе 50 лет и старше доля грамотных составляла 48,3%, 20–49 лет – 78%, 9–19 лет – 96%.

В середине 1930-х гг. из 3 339 общеобразовательных школ ТАССР 1 738 (свыше 50%) были татарскими. К 1939 г. из всех учащихся школ республики 48,7% обучались на татарском языке. Среди студентов вузов доля татар к 1939–1940 гг. достигла 17,2%, среди учащихся среднетехнических учебных заведений – 49,5% (данные по ТАССР).

Вместе с тем после образования СССР (1922) национально-государственная политика руководства страны начала смещаться в сторону ограничения этнополитического, национально-самобытного развития татар и стала оказывать целенаправленное воздействие на национально-мировоззренческие сферы самосознания народов. Советские функционеры, опираясь на традиционные дореволюционные постулаты имперской политики и определенные черты традиционных национальных обрядов татар и манипулируя ими, начали создавать новые формы этнокультуры, отличные от татарской этнической ментальности и социально-семейных устоев (см. Культурная революция).

«Большой террор» 1937–1938 гг. стал новым трагичным периодом в жизни татар: по фальсифицированным делам о принадлежности к буржуазно-националистической, султангалиевской, троцкистской, бухаринской и другим организациям, по обвинениям во вредительстве и тому подобным преследованиям и арестам были подвергнуты тысячи представителей политической, научной и творческой интеллигенции татар.

Массовые репрессии привели к тому, что вся дееспособная часть татарской политической и интеллектуальной элиты была физически уничтожена или оказалась в тюрьмах и концлагерях (на 1 января 1942 г. в системе ГУЛАГа находилось 29,1 тысяч заключенных-татар).

Одновременно с введением русского алфавита (1939) в значительной степени была нарушена историко-культурная преемственность в культурной жизни народа.

В годы Великой Отечественной войны, в период депортации мусульманского населения Северного Кавказа и Крыма, усилилось идейно-политическое и этнокультурное давление на татар. Огромный урон развитию татарской национальной культуры и науки нанесло постановление ЦК ВКП(б) «О состоянии и мерах улучшения массово-политической и идеологической работы в Татарской партийной организации» (1944).

Одним из специальных мероприятий такого рода стала сессия Отделения истории и философии АН СССР, организованная совместно с институтом языка, литературы и истории Казанского филиала Академии наук СССР в Москве (25–26 апреля 1946 г.), фактически канонизировавшая тенденциозное изучение этногенеза татар в рамках одной лишь булгарской теории (см. Научная сессия АН СССР).

Дальнейшим шагом на пути ограничения интересов татар стало разделение в 1952–1953 гг. ТАССР на Бугульминскую, Казанскую и Чистопольскую области (после смерти И.В. Сталина в апреле 1953 г. они были ликвидированы).

В годы «хрущевской оттепели» наиболее активные представители творческой и научной интеллигенции Татарстана начали идейную борьбу за национальное возрождение. В 1954 г. ими было отправлено письмо в Центральный комитет Коммунистической партии Советского Союза (КПСС), в котором указывалось на искусственное сдерживание развития национальной культуры, сокращение числа татарских школ, искажение истории татарского-русских отношений, принижение роли татарского народа в истории Российского государства, а также поднимались проблемы национальной топонимики, ставился вопрос о предоставлении Татарстану статуса союзной республики.

Во второй половины 1950-х гг. активность национальной интеллигенции заметно усилилась и советское руководство было вынуждено пойти на ряд мер, способствовавших разрядке обстановки в татарском обществе. В результате в 1957 г. возобновили работу орфографическая и терминологическая комиссии по совершенствованию татарского языка, в 1958 г. Пленум Татарского обкома КПСС принял постановление «О состоянии и мерах улучшения работы татарских общеобразовательных школ», в октябре 1958 г. состоялся 1-й съезд работников культуры, 24 мая – 2 июня 1957 г. в Москве прошла Декада татарского искусства и литературы и т.д.

В 1950–1980-е гг. произошел заметный подъем в области татарской культуры и народного образования, значительно возросла численность татарской научной, технической и творческой интеллигенции.

В 1970 г. удельный вес татар в СССР среди специалистов с высшим и средне-специальным образованием достиг 1,5% (показатель был выше, чем аналогичный показатель по азербайджанцам, казахам и литовцам). В 1956–1957 гг. среди студентов вузов СССР было 25,3 тысяч, в 1974–1975 гг. – 99,8 тысяч татар. К 1965/66 учебному году их доля среди студентов вузов ТАССР достигла 34,6%, среди учащихся среднетехнических учебных заведений – 35%.

По данным за 1955 г., в СССР среди научных работников насчитывалось 2142, в 1975 – 15 920 татар. В 1970 г. в Татарстане их доля среди научных работников составляла 29,3%, среди аспирантов – 29,6%, среди докторов и кандидатов наук – 30,1%. В 1987 г. насчитывалось 4055 ученых-татар (34,9% от общего числа), доля докторов и кандидатов наук среди них составляла 44,8% (несколько выше аналогичного показателя по этой категории среди русских).

По данным 1990 г., среди докторов наук в республике доля татар составила 32%, в том числе по общественно-гуманитарным наукам – свыше 50%. В 1989 г. среди профессорско-преподавательского состава вузов Татарстана насчитывался 2481 человек татарской национальности (36,6% от общего числа).

Вместе с тем под давлением центрального руководства в 1960–1970-е гг. были распущены орфографическая и терминологическая комиссии, прекратилось преподавание татарского языка в русских школах, начался процесс сокращения татарских школ и классов в местах компактного проживания татар.

К началу 1980-х гг. резко сократилась доля татар, обучавшихся в национальных школах республики: в 1970/71 учебном году – до 29,1%, в 1980/81 учебном году – до 18,6%, в 1987/88 учебном году – до 11,8%.

В 1986 г. на татарском языке были изданы книги 181 наименования (для сравнения: на узбекском – 955, на казахском – 676, на азербайджанском – 869, на грузинском – 1764).

Такое же положение наблюдалось и в периодической печати: в 1980 г. разовые тиражи татарской периодики составляли 870 тысяч экземпляров по газетам и 1394 тысяч по журналам (на казахском языке издавалось 2014 газет и 2067 тысяч журналов, на узбекском – 4796 и 4509 тысяч, на литовском – 2035 и 1937 тысяч, на грузинском – 3128 и 1054 тысяч экземпляров соответственно).

Вследствие усиления ассимиляции негативные тенденции обнаружились и в демографическом развитии татар. По данным демографов, сальдо ассимиляции татарского населения СССР в 1979–1989 гг. составило около 327 тысяч человек.

В этот период языковые процессы среди татар также приобрели угрожающие тенденции: только на русском языке дома разговаривали 28,3% татарских школьников, на татарском и русском – 42,8%, среди взрослых говоривших только на русском языке было 18%, одновременно на русском и татарском – 37% (данные по Татарстану).

Результаты ассимиляционных процессов проявлялись в данных переписей: в России доля татар, считавших татарский язык родным, снизилась с 89,2% в 1970 г. до 80,8% 2002 г.

Рубеж XX–XXI веков

С распадом СССР, в ходе борьбы за суверенизацию национальных интересов татар, этнополитической и интеллектуальной элитой татарского народа были разработаны правовые и организационные механизмы удовлетворения культурно-языковых потребностей различных этнотерриториальных групп татар.

В статье 14 Конституции Республики Татарстан было провозглашено стремление республики оказывать «содействие в развитии национальной культуры, языка, сохранении самобытности татар, проживающих за пределами РТ». В «Государственной программе РТ по сохранению, изучению и развитию государственных языков РТ и других языков в РТ на 2004–2013 гг.» большое внимание было уделено сохранению и развитию татарского языка в регионах РФ, странах Содружества Независимых Государств (СНГ), местах компактного проживания татар. В качестве главных механизмов взаимодействия Татарстана с региональными татарскими сообществами были предложены договоры по межрегиональному сотрудничеству, предусматривавшие в необходимых случаях совместные культурно-образовательные программы, сотрудничество в рамках татарстанских торговых представительств и домов, взаимодействие по линии отдельных ведомств (включая структуры МИД РФ), проведение федеральных национальных праздников (Сабантуй), песенных, фольклорных, театральных и других фестивалей.

В этом же направлении работают централизованные мусульманские организации (Центр. Духовное Управление мусульман, Совет муфтиев России и др.), объединяющие главным образом татарские религиозные приходы.

В постсоветский период в регионах России, особенно в Татарстане, существенно увеличилось количество национальных школ и школ с татарским этнокультурным компонентом в учебных планах. Национальные школы разных типов были создан также в ряде городов РФ (Москве, Саратове, Ульяновске, Димитровграде, Уфе и др.).

В Татарстане к 2006/07 учебному году в национальных школах обучалось свыше половины детей татарской национальности, родной язык изучали почти все учащиеся-татар русскоязычных общеобразовательных школ.

В последние годы центральными органами власти РФ взят курс на ограничение национально-региональных компонентов в сфере образования, в том числе изучения и родных языков нерусских народов.

Татары – народ с развитой наукой и профессиональной культурой. Имеет тесные экономические и культурные связи с другими народами.

Важную роль в возрождении национального языка, литературы, культуры, истории, экономики республики сыграло учреждение Академии наук Республики Татарстан (1992) с достаточно развитой структурой, включающей ряд институтов гуманитарного профиля (Институт языка, литературы и искусств, Институт Татарской энциклопедии и регионоведения, Институт истории, Институт археологии).

В рамках научных исследований татарские ученые ведут довольно успешную работу в области гуманитарных и прикладных знаний, связанных, в частности, с национальной историей, языкознанием, литературоведением и культурологией.

Ученые-гуманитарии академических институтов готовят и издают двуязычные, диалектологические, толковые словари, издали 7-томную истории татар, 6-томную Татарскую энциклопедию и др.

Получили широкое признание достижения татарских ученых в ряде отраслей научных знаний:

  • в области физики и физикохимии (К.А.Валиева, Ренада З. Сагдеева, Роальда З.Сагдеева, К.М.Салихова, Р.А.Сюняева, И.Б.Хайбуллина),
  • техники (Р.Ф.Ганиева, Ю.Г.Назмеева, Р.И.Нигматуллина),
  • химии (Г.Г.Валеева, Х.М.Миначёва, С.Г.Рафикова),
  • математики (Д.А.Губайдуллина, И.А.Ибрагимова, М.А.Ильгамова),
  • медицины (Р.С.Акчурина, Н.Х.Амирова),
  • гуманитарных наук (Ш.Марджани, М.Г.Гареева, И.Р.Тагирова, М.А.Усманова, М.З.Закиева, М.И.Махмутова).

Мировую известность приобрели произведения деятелей татарской культуры и литературы:

поэтов Г.Тукая, М.Джалиля;

писателей Г.Ибрагимова, Г.Исхаки;

композиторов С.З.Сайдашева, С.Г.Садыковой, С.А.Губайдулиной, Ф.З.Яруллина, Р.З. Ахияровой, Р.Ф. Калимуллина, М.М. Шамсутдиновой;

дирижеров Ф.Ш.Мансурова, Р.А.Мартынова, М.А. Таминдаровой;

исполнителей татарских песен Р.В.Вагапова, И.Г.Шакирова, А.А.Авзаловой, С.З. Фатхутдинова;

деятелей сценического искусства Р.Х.Нуреева, Л.Г.Кустабаевой, И.Д.Мухамедова, А.А.Шагимуратовой, А.Э.Гарифуллиной;

художников С.С.Ахуна, Ч.Г.Ахмарова, И.К.Зарипова, К.В.Муллашева, Б.И.Урманче, Х.А. Якупов, Л.Г. Фаттахов и др.).

Всему миру известны татарские спортсмены – олимпийские и мировые чемпионы, призеры различных соревнований (Ш.Сафин, А.Кабаева, Л.Утяшева, Р.Дасаев, И.Гимаев, З.Билялетдинов, М.Сафин, Д.Сафина, А. Галлямова, А. Загитова).

Представители татарского народа занимали видное место в общественно-политической жизни России (М.Х.Султан-Галиев, Ф.А.Табеев, Г.И.Усманов, М.Ш.Шаймиев и др.), Турции (С.Н.Максудов, А.-З.Валиди, А.Менгер и др.).

За заслуги перед Отечеством десятки тысяч татар награждены орденами и медалями СССР, РФ, удостоены государственных премий и почетных званий, в том числе Героя Советского Союза (189 человек), Героя Российской Федерации (7 человек), Героя Социалистического Труда (138 человек).

Свыше 100 представителям татар. народа присвоено звание генерала, двоим – генерала армии (М.Г.Гареев, Р.Г.Нургалиев).

Традиционные занятия

Мотив помочи

Кряшенская народная песня. Исполняет Оксана Дмитриева. Государственный фольклорный ансамбль кряшен «Бермянчек»

Продолжительные миграционные процессы татар, их расселение на больших пространствах России, этнокультурные взаимосвязи с другими народами (русскими, марийцами, чувашами, удмуртами, башкирами и т.д.), специфика природно-климатических и социально-экономических условий в разных районах компактного проживания татарского населения оказывали прямое воздействие на развитие традиционной культуры.

Поскольку татары на ранних этапах своей истории проживали преимущественно в тюркской и финно-угорской этнической среде, отчасти и в русской, в их культуре появилось много нового, заимствованного у местных коренных народов. В местах компактного проживания татарского населения в бытовой сфере происходили многообразные процессы этнокультурных взаимодействий и взаимовлияний татар и других народов, преимущественно русских, чувашей и марийцев.

Адаптируясь к местным условиям, приобретая новые особенности быта, в большинстве случаев татары сохраняли основы своей традиционной культуры (в земледельческой технике, жилище, пище, одежде, обрядах и др.) и оказывали влияние на бытовую культуру соседних народов, в свою очередь заимствуя у них ценные трудовые навыки. Этот процесс облегчался благодаря давней родственной языковой и культурной близости татар с другими тюркскими народами, а также с местным финно-угорским населением.

Основу экономической жизни татар в XIX – начале XX вв. составляло земледелие (подсобной отраслью являлось животноводство, кроме того, у астраханских и сибирских татар – рыболовство, у сибирских татар и приуральских мишарей – охота, у астраханских татар – бахчеводство).

Часть сельского населения занималась промыслами и ремеслами: кожевенно-сапожным, рогоже-кулеткацким, столярным, бондарным, ювелирным и др.

Крупными центрами кустарных промыслов и торговли были татарские сёла Казанской, Уфимской, Оренбургской и других губерний. В XVIII–XIX вв. татарские торговцы играли важную роль в торгово-посреднических операциях с народами Средней Азии.

Казанские татары славились высоким мастерством обработки кожи (сафьян, юфть), овчины, шерсти.

В XVIII–XIX вв. на базе народных промыслов у татар возникли валяльно-войлочные, скорняжные, ткацкие, ичижные и золотошвейные мануфактуры, в XIX в. – кожевенные, суконные и другие предприятия.

Сибирские татары занимались обработкой кожи, лыка, плетением веревок, ивовых коробов, изготовлением сетей, телег, саней, лодок, лыж, берестяных и других деревянных изделий.

Многие татарские крестьяне из Поволжья уходили в отход: на земледельческие работы, угольные шахты Донбасса, золотые прииски Приуралья, нефтепромыслы Азербайджана (см. Рабочий класс), занимались извозным промыслом (см. Барабус). У астраханских татар среди отхожих промыслов важное место занимала работа на прикаспийских рыбных тонях.

В XIX – начале XX вв. наиболее распространенной системой земледелия была паровая с трехпольным зерновым севооборотом. В степных юго-восточных районах Поволжья и Приуралья сохранились некоторые черты залежно-переложной системы земледелия, присущей ранним этапам булгаро-татарских форм землепользования. Здесь возделывались рожь, овес, ячмень, пшеница, горох, чечевица, просо, полба, овощи (в оснвном клубне- и корнеплоды), лён и конопля, у астраханских татар – бахчевые и садовые культуры.

Традиционная техника земледелия в различных природных зонах различалась. В лесостепных районах Восточной Европы татары обрабатывали почву двузубой сохой с перекладной палицей, в степных – тяжелым деревянным двухколесным плугом (сабан), известным с булгарских времен. В Приуралье с середины XIX в. у татарских крестьян получили распространение усовершенствованные формы сохи (курашимка и др.).

Пахали землю и перевозили грузы преимущественно с помощью лошадей.

Одинаковыми с местными народами были орудия боронования (деревянная, реже железная рамная борона), уборки хлеба (серп, позднее коса), молотьбы (цеп).

Снопы на поле укладывались в клади, суслоны. Перед обмолотом снопы просушивались в срубном овине русского типа или в традиционном овине – шише. Зерно, провеянное на ветру при помощи деревянной лопаты, нередко очищали на больших круглых решётах (корытах). Помол зерна производился на ветряных или водяных мельницах, а также ручными жерновами; для рушения на крупу применялись деревянные ступы, в отдельных местах проживания татар – ручные или механические крупорушки.

Огородничество у поволжских-приуральских и сибирских татар играло незначительную роль. С XIX в. основным огородным растением для большинства татар стал картофель.

В Южном Приуралье и Астраханском крае большое значение имело бахчеводство. Астраханские татары выращивали на огородах лук, капусту, помидоры, на бахчах – арбузы, в садах – яблоки, виноград, вишню, персики, сливы, айву, алычу.

Скотоводство носило пастбищно-стойловый характер: татары обычно держали крупный и мелкий рогатый скот, лошадей, крещеные татары разводили свиней. У оренбургских и астраханских татар животноводство по значению не уступало земледелию. Повсеместно разводили домашнюю птицу: кур, гусей, уток.

Поселения

Татарские поселения на территории России основывались в различных естественно-исторических, природно-географических и этнических условиях. Особенности заселения оказывали непосредственное влияние на формирование типов поселений и их планировочной структуры.

Для большинства районов Предкамья и Приуралья были характерны малодворные селения, расположенные в низинах и на склонах возвышенностей, для лесостепных и степных ареалов расселения татар – многодворные сёла, располагавшиеся на ровной местности.

Поселения, как правило, строились по течению рек и ручьев, по берегам озер, оврагов и балок, вдоль трактов.

В процессе вольной колонизации XVII–XVIII вв. планировка стихийно возникавших татарских поселений была бессистемной. Сёла, расположенные вдоль рек или почтового тракта, обычно вытягивались в один ряд, или улицу. В ареалах с лесостепным и степным ландшафтом селения большей частью имели очаговую форму – в виде разреженной сети одиночных обособленных поселений.

В конце XVIII – начале XIX в. преобладали улично-беспорядочная, улично-гнездовая, улично-радиальная, улично-квартальная и рядовая планировки татарских селений.

Поселения татар отличались теснотой застройки, неровностью и запутанностью улиц, зачастую тупиковыми ответвленными переулками. В уличной планировке сёл нередко наблюдалось сосредоточение усадеб родственных групп, иногда до несколько семей.

Со второй половины XIX в. планировка улиц поселений поволжско-приуральских татар начала приобретать более регулярный характер.

У сибирских татар были распространены «двойные» поселения: зимние (кышлык) и летние (джайлау).

В центре крупных селений, как правило, располагались культовые и общественные здания, магазины, лавки, базарные площади, а также усадьбы сельской элиты (духовенства, зажиточных крестьян, торговцев и др.). Здесь проводились базары, волостные и сельские сходы, устраивались ярмарки и джиенные гуляния (см. Джиен).

В ряде мест компактного проживания татар на окраине селений располагались мельницы, бани наземного или полуземляночного типа и др. В лесных ареалах околицы селений отводились обычно под выгоны, обносились оградой. В конце улиц ставились полевые ворота (басу капкасы).

Большинство татарских поселений получали свои названия в честь их основателей или по фамилии прежних владельцев земли, а также по местной топонимике (гидронимике), отчасти и по роду хозяйственных занятий населения.

Основным принципом планировки современных татарских поселений является выделение зон застройки по их назначению и, прежде всего, разделение селений на жилую и производственные зоны. Вместе с тем в большинстве старинных селений сохранились исторически сложившиеся формы планировки: улично-квартальная, улично-радиальная и др.

В последние десятилетия на территории РФ значительно сокращается численность татарских сёл. На начало 2010 г. в РФ насчитывалось около 4 тысяч татарских, татаро-башкирских, татаро-чувашских, татаро-русских и других смешанных селений, в том числе в РТ – свыше 2 тысяч, в Республике Башкортостан – 1 тысяч, в Западной Сибири – около 0,2 тысяч.

В татарских поселениях проживают в среднем до 300 жителей, в Средней Елюзани – самой крупной татарской деревне Пензенской области – свыше 10 тысяч человек.

Западное Закамье. 1926

Жилища

Этническая традиция прослеживается в характере постройки сельской усадьбы.

Татар стремились большую часть окон ориентировать на солнечную сторону. Усадьбы разделялись в основном на 2 части:

  • в переднем, чистом дворе находились жилище, хранилища (клеть, амбар, кладовая, погреб, навесы для сельскохозяйственного инвентаря и др.), скотные помещения (сараи для коров, конюшни, кошары для овец и пр.), летние кухни (у астраханских и сибирских татар широко бытовали летние очаги – тындыр, казанных, чувал);
  • на заднем дворе располагались огород, ток, овиншиша, мякинник, сенник, иногда баня.

В некоторых регионах усадьбы богатых крестьян состояли из трех частей, средний двор отводился под животноводческие постройки. Реже встречались однодворные усадьбы, хозяйственные постройки, объединенные с жилыми под одной кровлей Г-образной или замкнутой застройки.

Спецификой мишарских селений Окского бассейна было расположение хранилищ вне усадьбы – вдоль улиц (от улицы и от соседней усадьбы они огораживались забором из жердей и досок или плетнём). Для астраханских татар были характерны усадьбы с камышовыми заборами, саманными или плетеными оградами, для татар-карагашей – войлочные юрты (тирмя), близкие по конструкции к калмыцким.

Вплоть до 1930–1940-х гг. во многих местах компактного проживания татар сохранялась характерная этническая специфика в планировке жилых домов. В большинстве татарских селений строились продолговатые в плане дома с деревянным, реже земляным полом, покрытые нависавшими над стенами двускатными (иногда четырехскатными) соломенными или деревянными (реже железными) крышами. Стены возводились в основном из круглых брёвен, реже – из дикого природного камня или кирпича. Татары придерживались древней традиции обмазывать стыки бревен сруба глиной и белить обмазанные места.

Этническая традиции татар прослеживаются и во внешнем украшении домов. В Заказанье сохранились старинные постройки казанских татар – двух- и трехэтажные дома зажиточных селян, украшенные резным и накладным орнаментом и архитектурно-декоративными деталями: колонками с ордерами, пилястрами, стрельчатыми и килевидными фронтонными нишами, легкими верандами, галереями.

Дополнительную архитектурную выразительность жилищу придавало устройство на фронтонной нише декоративных балкончиков, оформленных фигурными столбиками, решеткой.

В декоре срубных жилищ казанских татар старинная техника трехгранно-выемчатой резьбы искусно сочеталась с накладной контурной, пропильной и, отчасти, глухой резьбой. Деревянной резьбой оформлялись оконные и дверные наличники, оконные ставни, фронтоны, карнизы. Резные орнаменты использовались в деталях крыльца, полотнищах и столбах ворот, верхней решетке глухих заборов перед домом.

Мотивы резных узоров составлялись из растительных и геометрических фигур в виде розеток, пальметок, ромбов, витого жгута, солярных знаков. Встречались и зооморфные мотивы – стилизованные изображения птиц или голов животных. Резной декор архитектурных деталей дополнялся полихромной раскраской контрастных цветов: бело-голубой, зелёно-голубой и др.

Жилища мишарей не отличались особой пышностью декора.

Традиционной планировкой дома у татар была двух- и трехраздельная. Двухкамерный дом состоял из жилого (избы) и нежилого неотапливаемого (сени) помещений; в трехкамерном доме сенями соединялись 2 избы. В лесных районах преобладали избы, соединенные через сени с клетью, жилища крестообразного плана, «круглые» дома.

В конце XIX – начале XX в. у поволжско-приуральских татар встречались двух- и трехэтажные дома с полуподвальными жилыми или хозяйственными помещениями. У богатых жителей сёл и городов, занимавшихся предпринимательской и промысловой деятельностью, дома были многокомнатными, с усложненной планировкой.

Для всех групп татар был характерен типичный внутренний план избы.

У входа стояла духовая печь с устьем, повернутым к передней стене дома, с вмазанным чугунным казаном и отдельной топкой под ним.

Фасадная часть избы отводилась под передний угол (тур башы), там же находились нары (сэке). Они покрывались войлоком или ковром; на них ели и отдыхали, складывали постельные принадлежности.

В северных ареалах расселения татар, особенно у мишар, жилища обставлялись укороченными нарами, лавками, столами. Использовались также деревянные кровати, помещавшиеся в углу у входа. Спальные места отгораживались занавесью (чаршау) или пологом (чыбылдык).

Напротив устья печи располагалась кухонная половина с низким дощатым столом, стенным открытым шкафчиком для посуды и кухонного инвентаря. Стены, простенки и углы татарских изб обычно декорировались матерчатыми украшениями с ярким цветовым колоритом, ткаными и вышитыми полотенцами, салфетками, ковриками для совершения молитв – намазлыками.

Над входной дверью размещались настенные панно – шамаили, у крещеных татар в переднем углу – иконы.

Вдоль матицы и по верхнему периметру стен навешивались матерчатые подзоры (кашага). Интерьер избы дополнялся настланными на полу домоткаными дорожками, у богатых – войлочными и безворсовыми коврами (см. Жилище).

Серьги. XIX в

Серебро, позолота, бирюза. Филигрань, инкрустация. Национальный музей Республики Татарстан

Традиционный костюм

Татарский костюм в XIX – начале XX вв. представлял собой сложный комплекс, состоявший из рубахи, широких, свободного покроя штанов, верхней одежды, головного убора, обуви и украшений.

Основу мужского и женского традиционного костюма составляла длинная рубаха из домотканого полотна, позднее – из фабричных тканей. Женские рубахи шили с длинными рукавами, со стоячим воротом, подол украшали воланами или оборками, нагрудную часть – аппликацией, нагрудником (изю).

В традиционной одежде преобладали линейно-геометрические узоры, которые постепенно заменялись цветочно-растительными. Ярким дополнением к женскому костюму были съемные украшения: ожерелья из драгоценных камней, металлов и стекла, браслеты, серьги, кольца, шейно-грудные (яка чылбыры), нагрудные (изю) и накосные (чулпы), подвески из серебряных монет.

Традиционные женские головные уборы (калфак, кашпау, орпек и др.) в первой половине XX в. уступили место платкам, разнообразным по цвету, фактуре и способу завязывания.

Поверх рубахи татар обычно надевали камзол (мог быть с короткими или длинными рукавами или безрукавным, прямым или приталенным). Женсие камзолы шились из цветного, чаще однотонного бархата и украшались по бортам и низу позументной тесьмой, мехом. Мужчины поверх камзола надевали длинный просторный халат (джилян) с небольшим шалевым воротником. В холодное время года носили матерчатые бешметы, чикмени, кожаные (дублёные) шубы.

Мужская народная одежда трансформировалась быстрее, сближалась с покроем русской одежды.

В первой половине XX в. наряду с прежними появились новые виды одежды: блузки, сарафаны, юбки и прочее, а также полушубки, пальто, плащи, фуфайки и другие, сшитые из фабричной ткани, прямого и приталенного покроя. В XX в. в быт деревни широко вошли брюки городского покроя из фабричных тканей.

В татарских селах сравнительно долго сохраняли популярность традиционные виды обуви – валенки, кожаные ичиги, башмаки с мягкой и жесткой подошвой, нередко сшитые из цветной кожи, лапти; головные уборы – тюбетейки полусферической формы или в виде усечённого конуса (каляпуш), конусообразные меховые шапки-ушанки, полусферические или цилиндрические стеганые матерчатые шайки (мескен бурек), войлочные шляпы с опущенными полями и др. (см. Бурек).

Одежда татарского населения в городах менялась под влиянием европейской моды, особенно у высших слоев общества.

В настоящее время татары как в городах, так и в селах носят общепринятый городской костюм. Вместе с тем на рубеже XX–XXI вв. особенно заметно стремление к возрождению традиционной татарской народной одежды. Она широко используется в профессиональных и самодеятельных художественных коллективах.

Татарская кухня

Относительно устойчивым компонентом народной культуры татар остается система питания. Сохраняется национальный характер основных видов пищи – в составе блюд, способах их приготовления и в ряде поведенческих стереотипов, связанных с режимом питания, элементами застолья и т.д.

С течением времени пищевой рацион татар значительно расширился за счет блюд русской, украинской, среднеазиатской и западноевропейской кухни (щи, борщ, вареники, голубцы, манты, плов, свежие, соленые и консервированные овощи, овощные и мясные салаты, рыбные блюда и др.).

Состав пищи определялся спецификой многоотраслевого сельского хозяйства с ведущим зерновым земледелием. Основу питания составляли хлебные, мучные и крупяные кушанья, мясо, масло, молоко и молочные продукты.

Хлеб пекли ржаной и пшеничный в форме круглых или продолговатых больших хлебин из дрожжевого заквашенного теста. Из дрожжевого или пресного теста выпекали лепешки (кабартма, кумеч), блины, оладьи, пироги с начинкой (перемяч, эчпочмак, бэлиш, сумса). Из пресного теста способом заваривания в кипящем масле готовили старинные национальные блюда (баурсак, кош теле, юка и др.).

Большой популярностью пользовались кушанья из теста, сваренного в бульоне: лапша (токмач), клёцки (чумар), затируха (умач) и др. Издавна употреблялись пельмени.

Татары ели каши из зерен проса (пшена), гречихи, полбы, овса, ячменя, пшеницы; летом готовили супы из листьев борщевика, щавеля и других растений. Широко употреблялись блюда из картофеля, тыквы. Фрукты — свежие, сушеные, в виде варенья и пастилы – были более употребительны среди астраханских татар. У других групп татар отсутствие в прошлом плодового садоводства компенсировалось сбором лесных ягод и дикорастущих трав.

В повседневный рацион входили свежее, топленое и кислое молоко (катык, сюзьма и др.), корт – особый вид творога, а также сыры, напитки (айран, кумыс) из кобыльего молока.

Особой популярностью пользовалось чаепитие. Издавна большинство селян вместо чая заваривали душицу, мяту, зверобой, шиповник, листья и ягоды смородины, малины, цветки липы и другие местные растения.

В прошлом мясные блюда основная масса городского и сельского населения готовила лишь по праздничным дням; использовали говядину, баранину, конину, с установлением холодов - птицу (в основном гусей, уток).

В праздники состоятельные татары изготовляли домашние колбасы, вяленые (реже копченые) кушанья (казылык, калжа, ойгыз и др.) из конины, а также из птицы. Особо почитаемым праздничным блюдом у татар по-прежнему считается фаршированная курица (тутырган тавык). Для длительного хранения мясо (в основном гусятину) солили и сушили.

В настоящее время в повседневной и праздничной трапезе широко используются традиционные для татар пироги, бэляши, лепешки, хворост (кош теле), баурсак, чак-чак, блины, лапша, каши, вареное, тушеное и вяленое мясо, молоко и молочные продукты, а также овощные супы (борщ, щи и пр.), вареники, манты, шашлыки, холодец, салаты, компоты, квас и др.

В связи с быстрым развитием овощеводства и садоводства широко практикуется заготовка овощей и фруктов на зиму, соление капусты, огурцов, помидоров, сушение фруктов и ягод, маринование и консервирование овощей и фруктов (см. Татарская кухня).

Уммугульсум

Татарская народная песня. Исполняет Ш.Ахметзянов. Государственный ансамбль песни и танца Республики Татарстан

Фольклор

Традиционная семья

Основными формами татарской семьи в XIX – начале XX вв. были малая, двухпоколенная (родители – дети) и расширенная трехпоколенная. Родственные отношения у татар развивались лишь в форме отдельных пережитков (например, у сибирских татар в виде родственных социумов – тугум).

Сохранению в некоторых регионах компактного проживания татар патриархальных нераздельных семей способствовали малоземелье, общинные порядки, неудобные для земледелия участки, низкий уровень сельскохозяйственного производства, а также специфический замкнутый уклад жизни. Постепенно под влиянием товарно-денежных отношений усиливался процесс частичного или полного распада больших семейных коллективов.

В начале XX в. в семейном быту татар сохранялись основные патриархальные традиции.

Главой семьи и распорядителем всех хозяйственных дел являлся старший мужчина – дед, отец. Имущество считалось общей собственностью всех членов семьи. Существовало традиционное половозрастное разделение труда.

Более демократичными были взаимоотношения в малых семьях, особенно там, где не было стариков-родителей.

Внутренний строй татарской семьи в целом не отличался от уклада в семьях многих других мусульманских народов России (придерживались традиционных основ исламского вероучения).

Современная семья у татар в городе и селе малая, преимущественно двухпоколенная, в сельской местности встречаются и трехпоколенные семьи (состоят из мужа, жены, детей, родителей мужа или жены).

Характерна тенденция демократизации внутрисемейных отношений. Социально-экономические и общественно-политические преобразования последних десятилетий способствовали возрождению традиционных позитивных ценностей института семьи, связанных с большим вниманием к воспитанию детей, приобщению к этническим и морально-этическим ценностям, с расширением связей родственных семей и межсемейной кооперации.

Повышается традиционная роль семьи в производстве средств для жизни, усиливается ее экономическая функция (см. Крестьянское (фермерское) хозяйство, Личное подсобное хозяйство).

Широкое распространение в XX в. получили семьи, смешанные по социальному и национальному составу. Если в прошлом преобладали эндогамные семьи, то с последней четверти XX в. резко возрастает число национально-смешанных браков и семей. Этому способствуют характер расселения татар, рост числа поселений с национально-смешанным составом населения, процессы культурной интеграции народов. В местах, где совместно с татар проживают башкиры, высок процент татаро-башкирских браков. Однако преобладающая часть межнациональных браков заключается с русскими. Возрастание доли национально-смешанных браков и семей само по себе становится активным фактором этнокультурной русификации татар (см. Семья).

Свадебный обряд

Этнические традиции длительное время сохранялись в нормативно-поведенческой культуре татар, в частности, в наиболее устойчивом компоненте народной жизни – свадебных обрядах. При наличии локальных вариантов в местах компактного проживания татар прослеживается общность основных обрядовых действий, свойственных татарской свадьбе.

В прошлом предсвадебный цикл обрядов начинался со сватовства, затем следовали помолвка с уплатой калыма и обрядом оформления брака в соответствии с шариатом – никахом, завершалось все свадебными застольями в доме жениха или невесты либо поочередно в их домах.

У казанских татар свадебные застолья проводились раздельно для мужчин и женщин (иногда в разных помещениях). Невеста ко времени вступления в брачный союз готовила приданое – бирне (подарки жениху и его родным), выпекала свадебные кушания (кияу бэляше, чак-чак), готовила другие традиционные блюда.

В строгой последовательности совершались обряды и в главный день. Центральным был свадебный пир (туй), сопровождавшийся одариванием молодых и угощением гостей свадебными кушаниями.

В целом национальное своеобразие свадебного церемониала ярко проявлялось в многообразии и пышности обрядов, в жизнерадостном игровом настрое свадьбы, в характере приглашения гостей на никах и свадьбу, в украшении дома жениха, молодежных вечерах, в разнообразии кушаний и отсутствии крепких хмельных напитков, в свадебных песнях, причитаниях невесты и плясовых обрядах.

Вплоть до 1930-х гг. в свадебных обрядах всех групп татар сохранялись общие черты. Со второй четверти XX в. в результате насаждения «советской модели» свадьбы (регистрация брака в ЗАГСе, запрещение никаха, «красные свадьбы» и др.) происходила унификация свадебных обрядов, тем не менее в них сохранились некоторые традиционные этнические элементы.

Ныне в сельской, иногда и в городской свадьбе бытует значительная часть обрядов, сложившихся в прошлом. Существенно сократился предсвадебный цикл обрядов, однако во многих местах соблюдаются в модифицированной форме обряды сватовства, приготовления свадебных кушаний и т. п. Большое внимание уделяется приданому и подаркам. Постепенно возрождается ритуал религиозного бракосочетания (см. Свадебный ритуал).

Родильные обряды

Родильные и похоронные обряды у татар сходны почти во всех территориальных группах: в их основе лежит мусульманская обрядность.

В родильной обрядности исчезли многие старинные обычаи (прием родов повивальной бабкой, смазывание рта младенца медом и маслом и т.д.). После возвращения матери из родильного дома с ребенком во многих местах компактного проживания татар устраиваются «бани новорожденного», «угощения новорожденного», церемониал наречения имени с приглашением муллы и близких родственников из мужчин и т.д.

В последние годы во многих татарских семьях младенцы мужского пола подвергаются обряду обрезания – суннату (см. Родинные (родильные) обряды).

Похоронные обряды

В похоронных обрядах старинные традиции сохраняются частично: совершаются ночные бдения при покойнике, чтение сур из Корана и раздача подаяния (садака) его участникам.

Стойко бытуют обычаи поминовения (после похорон на третий, седьмой, сороковой дни и через год) с чтением сур из Корана, раздачей садаки и ритуальным застольем без спиртных напитков (см. Погребальные и поминальные обряды).

Календарные праздники и обряды

В структуре обществ. жизни татар, как и у многих других народов, важную роль играли календарные праздники и обряды. Они складывались на доисламской общетюркской основе и в то же время отличались некоторыми особенностями.

У казанских татар весной, до сева, праздновался Сабантуй. Первоначально он не имел точной календарной даты (в деревнях одной округи праздновался в определенной очередности).

С 1992 г. Сабантуй включен в список общереспубликанских праздников, сроки его проведения устанавливаются правительством.

Другим национальным праздником казанских татар являлся Джиен. Он проводился также поочередно группой деревень в определенное фиксированное время (в конце мая – начале июня) в течение 3–5 дней.

В праздничное мероприятие в деревнях превращались и совместная обработка заколотых гусей – каз омэсе.

В отдельных группах татар в летние месяцы проводились обряды обливания, чтобы вызвать дождь.

Сибирские татары отмечали календарные праздники:

  • амаль (от иранского хамаль – март) – праздник начала Нового года (сопровождался выпечкой ритуальных блюд, например мелких кренделей – тукан);
  • встречи птиц (карга туе), когда готовили кашу, угощали детей;
  • проводы ледохода с бросанием в воду самодельных куколок, серебряных монет и др.;
  • день начала сева с выходом на природу (кара бачкар туе).

У астраханских татар в марте также праздновался амаль (после посещения мечети устраивались праздничное коллективное угощение, скачки, борьба и пр.), осенью – зийарат байрамы (посещение могил, совершения молебнов на них, празднества с жертвоприношением).

Наряду с календарными празднествами во всех местах компактного проживания татар широко отмечались мусульманские религиозные праздники. Наиб. значительные из них были посвящены празднику жертвоприношения (Курбан-Байрам), окончанию 30-дневного поста – Уразы (Ураза-Байрам), дню рождения пророка Мухаммада (Маулид).

Обрядовая сторона этих праздников заключалась в коллективном утреннем богослужении в мечети с участием мужского населения, в домах устраивались семейные торжества в кругу родственников.

Крещеные татары отмечали христианские праздники.

С 1992 г. праздники Курбан-Байрам и Рождество включены в официальный праздничный календарь Республики Татарстан (см. Праздники мусульманские, Праздники православные).

В настоящее время сохраняются многие традиционные элементы праздников старого календарного цикла. В татарских селах и городах Татарстана после завершения весеннего сева и перед началом сенокоса почти повсеместно проходят праздники Сабантуй. С начала XXI в. поочередно в одном из городов российских регионов ежегодно проводится федеральный Сабантуй.

Устное народное творчество

Татары – народ древней поэтической культуры, многообразной по жанровой структуре и музыкальной выразительности (см. Литература татарская, Поэзия). Широко бытовали сказки, предания, поговорки, пословицы, заговоры, баиты, дастаны, мунаджаты (см. Фольклор).

Наиболее распространенным массовым жанром татарского поэтического фольклора остаются песни (см. Исторические песни, Кыска жырлар), в которых повествуется об истории, социальных и семейно-бытовых явлениях (см. Музыкальная культура).

Некоторые фольклорные жанры бытуют и в настоящее время (поговорки, пословицы, загадки и др.). Популярностью в районах компактного проживания татар пользуются татарские народные лирические песни, хранителями которых являются старшее поколение, самодеятельные и профессиональные коллективы.

С конца XX в. в связи с принятием Декларации о государственном суверенитете ТССР (1990), укреплением этнокультурного суверенитета татарского народа в РФ в среде татар усилилась тенденция возрождения национальных культурных традиций. Возрастает интерес к национальной истории и культуре.

В городах и районах компактного проживания татар в РФ, в странах дальнего и ближнего зарубежья создаются татарские национально-культурные общества, торгово-экономические представительства, организуются фольклорные ансамбли, театральные студии, вечера и праздники татарскоц культуры, издаются газеты на татарском языке, открываются гимназии, школы, классы и воскресные школы для татар (см. Всемирные конгрессы татар, Исполком Всемирного конгресса татар, Национально-культурные автономии татар, Представительства Республики Татарстан).

Литература

Происхождение казанских татар. Казань, 1948.

Воробьёв Н.И. Казанские татары. Казань, 1953.

Сафаргалиев М.Г. Распад Золотой Орды. Саранск, 1960.

Татары Среднего Поволжья и Приуралья. М., 1967.

Мухамедова Р.Г. Татары-мишари: историко-этнографическое исследование. М., 1972.

Хасанов Х.Х. Формирование татарской буржуазной нации. Казань, 1977.

Валеев Ф.Х. Народное декоративное искусство Татарстана. Казань, 1984.

Фахрутдинов Р.Г. Очерки по истории Волжской Булгарии. М., 1984.

Татары // Народы мира: историко-этнографический справочник. М., 1988.

Халиков А.Х. Татарский народ и его предки. Казань, 1989.

Халиков А.Х. Кто мы: булгары или татары? Казань, 1992.

Алишев С.Х. Исторические судьбы народов Среднего Поволжья. XVI – начало XIX в. М., 1990.

Шарифуллина Ф. Касимовские татары. Казань, 1991.

Кузеев Р.Г. Народы Среднего Поволжья и Южного Урала (этногенетический взгляд на историю). М., 1992.

Томилов Н.А. Этническая история тюркоязычного населения Западно-Сибирской равнины в конце XVI – начале XX в. Новосибирск, 1992.

Астраханские татары. Казань, 1993.

Валеев Ф.Т.-А. Сибирские татары. Казань, 1993.

Исхаков Д.М. Историческая демография татарского народа (XVIII – начало XX вв.). Казань, 1993.

Исхаков Д.М. Этнографические группы татар Волго-Уральского региона (принципы выделения, формирование, расселение и демография). Казань, 1993.

Исхаков Д.М. От средневековых татар к татарам нового времени (этнологический взгляд на историю волго-уральских татар ХV–ХVII вв.). Казань, 1998.

Татары // Народы России: энциклопедия. М., 1994.

Газиз Г. История татар. М., 1994.

Гришин Я.Я. Польско-литовские татары (наследники Золотой Орды). Казань, 1995.

Сабирзянов Г.С. Народы Среднего Поволжья и Южного Урала в панораме веков. Казань, 1995.

Хозяйство татар Поволжья и Урала (середина XIX – начало XX вв.). Казань, 1995.

Мухамедова Р.Г. Татарская народная одежда. Казань, 1997.

Сагитова Л.В. Этничность в современном Татарстане. Казань, 1998.

Тагиров И.Р. Очерки по истории Татарстана и татарского народа (XX век). Казань, 1999.

Тагиров И.Р. История национальной государственности татарского народа. Казань, 2000.

Народный костюм татар Поволжья и Урала. Казань, 2000.

Татары. М., 2001.

Рашитов Ф.А. История татарского народа: с древнейших времён до наших дней. Саратов, 2001.

Обряды и праздники татар Поволжья и Урала (годовой цикл. XIX – начало XX вв.): историко-этнографический атлас татарского народа. Казань, 2001.

Урманче Ф. Лиро-эпос татар Среднего Поволжья. Казань, 2002.

Файзрахманов Г.Л. История сибирских татар (с древнейших времён до начала XX века). Казань, 2002.

Этнотерриториальные группы татар Поволжья и Урала и вопросы их формирования: историко-этнографический атлас татарского народа. Казань, 2002.

История татар с древнейших времён. Казань, 2002–2015.

Закиев М.З. Происхождение тюрков и татар. М., 2003.

Закиев М.З. История татарского народа: этнические корни, формирование и развитие. М., 2008.

Этнография татарского народа. Казань, 2004.

Исхаков Д.М., Измайлов И.Л. Этнополитическая история татар (III – середина XVI вв.). Казань, 2007.

Фахрутдинов Р.Г. Золотая орда. Что в душе у народа. Набережные Челны, 1993.

Баттал Г. Казан төркиләре. Казан, 1996.

Хаков В.Х. Татар милли әдәби теленең барлыкка килүе. Казан, 1997; Дәүләт Н. Русия төркиләренең милли көрәш тарихы (1905–1917). Казан, 1998.

Дәүләтшин Г.М. Төрки-татар рухи мәдәният. Казан, 1999.

Rorlich A.-A. The Volga Tatars: a Profile in National Resilience. Stanford, 1986.

Frank J.A. Islamic Historiography and «Bulghar» Identity among the Tataris and Bashkirs of Russia. Leiden-Boston-Keln, 1998.

Kemper M. Sufis und Gelehrte in Tatarien und Baschkirien, 1789–1889: der Islamische Diskurs unter russicher Herrschaft. B., 1998.

Авторы: Д.М. Исхаков, И.Л. Измайлов