Содержание

В лингвистике термином «Синестезия» обозначаются языковые фиксации этой связи в слове («блестящий звук», «тёплый цвет»); в поэтике – тропы и фигуры, основанные на межчувственных переносах, в музыковедении – музыкальные образы при восприятии звуков (например, произведения К.Дебюсси, Н.А.Римского-Корсакова, А.Н.Скрябина, О.Мессиана).

При расширительной трактовке синестезией иногда называют взаимовлияние зрительных и слуховых искусств (учитывая существование своего рода синестезических жанров: программной музыки, светомузыки, творчество М.К.Чюрлёниса, В.В.Кандинского). Будучи межчувственной ассоциацией, синестезия отражает целостные свойства самой действительности, представляет собой неотъемлемый компонент художественного мышления. Синестезия участвует в формировании художественного образа, в процессах взаимовлияния и синтеза искусств. Её действием объясняются универсальность художественного пространства–времени, возможность сохранения родовых функций искусства при его видовой дифференциации. Наибольший интерес к синестезии был отмечен в период становления новых художественных видов, использующих технические средства аудиовизуальной коммуникации (кино, телевидение, светомузыка, мультимедиа).

Первые исследования синестезии как явления относятся ко второй половине XIX – началу XX вв.; в России основные работы принадлежали казанским ученым. Физиолог Н.О.Ковалевский в 1884 г. впервые ввел в оборот термин «соощущение» (синестезия в калькированном переводе). Ковалевский и В.М.Бехтерев (1896) рассматривали соощущения как реальные психические явления, не имеющие отношения к искусству.

Объектом исследований философа В.Н.Ивановского ещё в казанский период деятельности были ассоциации. В своих работах он называл синестезию «ложными вторичными ощущениями», впервые представил на русском языке обзор европейской литературы по этой тематике. В.Н.Ивановский одним из первых не только в России, но и в мире дал оценку сущности и роли синестезии и её частного случая («цветного слуха») в культуре, языке, искусстве.

Казанский профессоро И.М.Догель отмечал наличие возможного сходства музыкальных и цветовых впечатлений, пытаясь строить аналогии «цвет–звук» на физиологической основе. Он размышлял также о пластической синестезии, т. е. о возможности сходства мелодического рисунка народных песен с рельефом местности, где данный народ обитает, и т.д. Развивая эту проблематику, И.М.Догель рассматривал воздействие музыки, а затем спектра цветов на нервную систему, употребляя понятие «цветной слух» и заявляя о его ассоциативной природе.

Казанский физиолог А.Ф.Самойлов изучал музыку методами физиологии (1919). Он сопоставлял разномодальные явления, слуховые и зрительные, уже не непосредственно воспринимаемые, а умозрительного происхождения. Этим подтверждается факт широчайшего диапазона посредствующих звеньев, формирующих сопоставления синестезического содержания.

Эстетика и психология при изучении синестезии испытали влияние агностических, механистических и биологизаторских трактовок природы синестезии, до сих пор сказывающихся не только в западной, но и в отечественной науке. Прежде всего, это бытующее на уровне предрассудка понимание синестезии как буквального соощущения на сенсорном уровне.

Определению истинного содержания синестезии и его роли в искусстве способствовали конгрессы «Farbe-Ton-Forschungen» («Исследования цветного звука» (Гамбург, 1927, 1929, 1931, 1936).

С конца 1960-х гг. известным центром изучения синестезии стал Казанский научно-исследовательский институт «Прометей». Организованные им всесоюзные конференции «Свет и музыка» (1969, 1975, 1979, 1987), исследования Б.М.Галеева, И.Л.Ванечкиной и др. внесли важный вклад в синестезию.

Литература

Галеев Б.М. Человек, искусство, техника: Проблема синестезии в искусстве. Казань, 1987.

Синестезия: Содружество чувств и синтез искусств: Сб. статей. Казань, 2008.

Автор – Б.М.Галеев